На прошлой неделе стало известно о задержании провластной активистки Ольги Бондаревой. Также на «сутки» попал и ее «коллега» — Сергей Лашков. Их объединяют пророссийские взгляды, а также тот факт, что оба задержаны по политическим статьям. Почему власти вдруг решили отправить за решетку лояльных им активистов? Это тенденция или совпадение? Вот что говорят эксперты.
Политический аналитик Артем Шрайбман отмечает, что арест Ольги Бондаревой — уникальный для современной беларусской действительности. Блогерка часто позволяла себе критику даже членов семьи Александра Лукашенко, но ей за это ничего не было. Шрайбман уверен, что у активистки была «крыша», с которой что-то случилось.
— Очевидно, что у нее было прикрытие, но непонятно, кто именно — судя по всему, какие-то пророссийские чиновники либо силовики, — считает он. — Сейчас либо ее «крыша» стала не абсолютной и дала сбой, либо Бондарева перешла какие-то линии, которые уже нельзя было пересекать. Вопрос открытый. Мы же не знаем всех раскладов. Это интересно, потому что это что-то новое, раньше такого не было. Ей было позволено, кажется, все.
По мнению политического аналитика Александра Фридмана, причиной административного ареста Бондаревой могла стать месть кого-то из системы власти, кого активистка обидела своими заявлениями или действиями. Но он допускает и другую версию.
— Возможно, это общее решение системы: указать Бондаревой на ее место и предложить несколько вариантов — либо она начнет полностью играть по правилам и отбросит любую самодеятельность, либо вообще «закрывается», — предполагает собеседник. — А если она все-таки не сделает выводов, то санкции могут быть еще более серьезными.
Можно ли говорить, что произошедшее с Бондаревой и Лашковым — это начало борьбы власти с людьми, выступающими за более сильную интеграцию Беларуси с Россией? Особенно, если участь тот факт, что в минувшем году под суд попадала и пророссийская активистка из Витебска Эльвира Мирсалимова (Сергей Лашков как раз ее соратник). Артем Шрайбман считает, что пока мало оснований для подобных выводов.
— Потому что все-таки Бондарева — особый случай, — уверен он. — Друзей Мирсалимовой и ее саму уже репрессировали, это случалось. А вот Бондарева была неприкасаемой. Для меня пока не ясны причины репрессий того же витебского друга Мирсалимовой. Это просто совпадение с тем, что наконец у кого-то переполнилась чаша терпения и Бондареву тоже начали прессовать? Или же это действительно часть какого-то тренда на зачистки пророссийских активистов?
Александр Фридман уверен, что тенденция есть. Он говорит, что в действиях беларусских властей нет ничего нового и такое уже случалось в мировой истории.
— То же самое было у Мао Цзэдуна с хунвейбинами (активисты, боровшиеся с противниками китайского лидера. — Прим. ред.) в эпоху культурной революции в Китае, — приводит пример Фридман. — Их выпустили, но они стали инструментом. По своему менталитету, манере поведения и ненависти ко всему интеллектуальному, Бондарева — типичный хунвейбин.
Поблагодарить за статью